Ростовский центр судебных экспертиз
Ваш город: Ростов-на-Дону
(Определен автоматически)

Выберите ваш город:

Федеральный округ: Город:
Южный ФО
Центральный ФО
Северо-Западный ФО
Дальневосточный ФО
Сибирский ФО
Уральский ФО
Приволжский ФО
Северо-Кавказский ФО
Крымский ФО
СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОЕ ЧАСТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
8 (800) 100-34-14
Звонок бесплатный
Скачать квитанцию на оплату консультационных услуг

Квитанция на 1000р
Квитанция на 2000р
Квитанция на 3000р

Скачать пустую квитанцию

Квитанция без суммы
Заполнить ходатайство на экспертизу Заполнить ходатайство в суд Заполнить заявление на проведение экспертного исследования Заявление на экспертное исследование Запрос о возможности проведения экспертизы Запрос о возможности проведения экспертизы Распечатать квитанцию Скачать квитанцию Заказать обратный звонок Заказать звонок
Заказать обратный звонок

Ваше имя
Номер телефона
Время звонка
Решите пример: +=
Написать письмо
Отправить запрос по электронной почте

Ваше имя
Ваш E-mail
Телефон
Сообщение
Решите пример: +=

Оставить отзыв

Господа!


Ваше мнение о качестве нашей работы очень важно для нас. Помогите нам пожалуйста стать лучше: оцените нашу работу.


1 балл - наименьший, 5 - наивысший



ФИО
Телефон
E-mail
Предоставленная услуга (кратко)

Оцените пожалуйста качество экспертного консультирования.

1 2 3 4 5

Оцените пожалуйста уровень оперативности решения поставленных Вами задач.

1 2 3 4 5

Оцените пожалуйста степень уважительности и благожелательности сотрудников организации.

1 2 3 4 5

Оцените пожалуйста уровень профессионализма экспертов.

1 2 3 4 5
Ваши пожелания, рекомендации
Решите пример: +=

8 (800) 100-34-14
Звонок бесплатный

Прием звонков:


Пн-Пт: 9.00-18.00
Сб-Вс: 10.00-18.00 мск
Скачать квитанцию на оплату консультационных услуг

Квитанция на 1000р
Квитанция на 2000р
Квитанция на 3000р
Заказать обратный звонок

Ваше имя
Номер телефона
Время звонка
Решите пример:

+=
Отправить запрос по электронной почте

Ваше имя
Ваш E-mail
Телефон
Сообщение
Решите пример:

+=

Ваш город: Ростов-на-Дону
(Определен автоматически)

Выберите ваш город:

Федеральный округ: Город:
Южный ФО
Центральный ФО
Северо-Западный ФО
Дальневосточный ФО
Сибирский ФО
Уральский ФО
Приволжский ФО
Северо-Кавказский ФО
Крымский ФО
Автороведческая экспертиза
Автотехническая экспертиза
Документарная экспертиза
Инженерно-технологическая экспертиза
Экспертиза интеллектуальной собственности
Искусствоведческая экспертиза
Компьютерно-техническая экспертиза
Оценочная экспертиза
Техническая экспертиза пожара
Портретная экспертиза
Полиграф (детектор лжи)
Психологическая экспертиза
Речеведческая экспертиза
Строительно-техническая экспертиза
Судебно-соционическая экспертиза
Товароведческая экспертиза
Трасологическая экспертиза
Финансово-экономическая экспертиза
Фоноскопическая экспертиза
Экологическая экспертиза
Экспертиза электробытовой техники
Электротехническая экспертиза

Сколько "стоит" незаконное уголовное преследование?

 

Согласно действующему законодательству вред, в том числе моральный, причиненный в результате уголовного преследования лицу, получившему право на реабилитацию, подлежит возмещению государством в полном объеме независимо от вины органов дознания, следствия, прокуратуры и суда (ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса, ст. 1070 Гражданского кодекса). 

 

 

 

Сколько "стоит" незаконное уголовное преследование?

 

Размер компенсации морального вреда определяется непосредственно судом – в зависимости от характера физических и нравственных страданий, причиненных потерпевшему, при оценке которого учитываются фактические обстоятельства причинения вреда, а также индивидуальные особенности потерпевшего, и с учетом требований разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).


Таким образом, расчет размера компенсации морального вреда – непростая задача, так как суду приходится давать оценку физическим и нравственным страданиям, перенесенным лицом, в отношении которого велось уголовное преследование. На это обращает внимание в том числе ЕСПЧ, отмечая, что "не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску", в связи с чем особую важность имеет обоснование судами назначенных размеров компенсации (Постановление ЕСПЧ от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против Российской Федерации"). Немотивированность решения в части определения суммы компенсации позволяет, по мнению ЕСПЧ, говорить о том, что суд не рассмотрел надлежащим образом требования заявителя и, следовательно, не мог действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.


Однако данная позиция воспринята не всеми российскими судами. Дела об оспаривании необоснованных сумм компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, периодически доходят до Верховного Суда Российской Федерации.

 

Размер компенсации: заявленный vs присужденный


Примером такого спора о размере компенсации морального вреда является дело гражданки И., недавно рассмотренное ВС РФ (Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 2 февраля 2021 г. № 45-КГ20-25-К7).


22 января 2014 года в отношении И. было возбуждено уголовное дело о мошенничестве, 27 октября того же года она была задержана, 29 октября суд вынес решение об избрании в ее отношении меры пресечения в виде заключения под стражу, 19 ноября заключение под стражу было заменено на залог в размере 2 млн руб. 14 июля 2015 года И. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса. Приговором районного суда от 26 декабря 2016 года, вступившим в силу 17 апреля 2017 года (дата вынесения определения суда апелляционной инстанции, оставившего приговор в силе), И. была оправдана в связи с непричастностью к совершению преступления (п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ) и признана лицом, имеющим право на реабилитацию.  


В поданном на этом основании иске к Минфину России о взыскании компенсации морального вреда И. отмечала, что причиненный ей за почти 3,5 года (именно столько фактически длилось преследование: с 4 декабря 2013 по 19 апреля 2017 года) вред заключается в:

  • незаконном и необоснованном обвинении ее в совершении преступления;
  • оказании физического и психологического давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, проведении неоднократных допросов, обыска, изъятия документов, госпитализации в стационар психиатрической больницы для проведения психиатрической экспертизы;
  • дискредитации в глазах коллег и клиентов;
  • подрыве здоровья в результате понесенных физических, моральных и нравственных страданий;
  • ненадлежащем оказании медицинской помощи в период содержания под стражей, повлекшем ухудшение состояния здоровья, оперативное вмешательство и удаление органа.

Заявленный в исковых требованиях И. размер компенсации – 3 млн руб. Суд первой инстанции признал ее право на возмещение морального вреда, но подчеркнул, что доказательств ненадлежащих условий содержания в СИЗО, наличия причинно-следственной связи между уголовным преследованием и ухудшением состояния здоровья И. не представлено, меры прокурорского реагирования по обращениям И. и ее защитника о нарушениях, допущенных при расследовании дела, не принимались, действия сотрудников органов дознания и следствия в судебном порядке не обжаловались.


В связи с этим суд присудил И. компенсацию в размере 50 тыс. руб., посчитав ее соответствующей степени и характеру понесенных И. физических и нравственных страданий (Решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 24 июня 2019 г. по делу № 2-3257/2019). Суд апелляционной инстанции также признал указанную сумму достаточной, отметив, что при ее определении был учтен среди прочего факт избрания в отношении И. меры пресечения, связанной с лишением свободы, и суд кассационной инстанции с этим выводом согласился (Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 31 октября 2019 г. по делу № 33-19017/2019, Определение Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 11 июня 2020 г. по делу № 8Г-4029/2020).

 

Однако ВС РФ посчитал, что решения нижестоящих судов не соответствуют нормам, регулирующим вопросы компенсации морального вреда, а также разъяснениям о порядке определения размера компенсации, содержащимся, в частности, в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 и п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2011 г. № 17, и актам ЕСПЧ.


Так, при расчете размера компенсации не учтены процессуальные особенности уголовного преследования, продолжавшегося 3,5 года, меры процессуального принуждения, которые отразились на семейной жизни И. и ее характеристике по месту работы. Не получил оценки и приведенный в исковом заявлении довод И. о том, что действия следователя по назначению ей судебно-психиатрической экспертизы в рамках расследования дела были впоследствии признаны судом незаконными. И наконец, суд первой инстанции вообще не исследовал обстоятельства, связанные с причиненным незаконным уголовным преследованием ущербом деловой репутации И., которая на момент предъявления обвинения в совершении мошенничества, а именно, хищения средств территориального фонда поддержки малого предпринимательства, работала директором туристического агентства.


В результате Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ, заключив, что вывод суда об определении размера взыскиваемой в пользу И. компенсации морального вреда не мотивирован, что не соответствует требованиями ст. 195 Гражданского процессуального кодекса о законности и обоснованности решения суда, а суды апелляционной и кассационной инстанций не устранили допущенные судом первой инстанции нарушения, отменила вынесенные последними акты и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

 

Что может дать пересмотр дела?

Стоит отметить, что аналогичное решение ВС РФ вынес в прошлом году – по делу гражданки О., занимавшей должность заместителя главного врача по экономике в одной из городских больниц Воронежа, в отношении которой возбуждалось уголовное дело по ч. 1 ст. 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями), прекращенное впоследствии в связи с отсутствием состава преступления.

Из 600 тыс. руб. денежной компенсации морального вреда, которые О. просила присудить, подавая соответствующий иск к Минфину России, в ее пользу было взыскано 20 тыс. руб. Суд первой инстанции посчитал достаточной именно такую сумму, указав, что при ее определении учитывались характеристика личности О., которая ранее не привлекалась к уголовной ответственности, ее состояние здоровья, в том числе доказанный факт того, что она была вынуждена обращаться за медицинской помощью чаще, чем в предшествующий привлечению к уголовной ответственности период, а также характер и объем нарушенных прав, в том числе тот факт, что ограничивающие свободу О. меры пресечения органами следствия не избирались (Решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа Воронежской области от 27 июня 2019 г. по делу № 2-3146/2019).


Данное решение устояло в апелляции и кассации (Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 15 октября 2019 г. по делу № 33-6675/2019, Определение Судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 4 марта 2020 г. по делу № 8Г-2115/2020).


Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ между тем отметила, что при расчете суммы компенсации суд первой инстанции лишь сослался на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, но не мотивировал свой вывод о том, почему сумма 20 тыс. руб. является достаточной для О., и какие конкретно обстоятельства дела повлияли на эту сумму, послужив основанием для значительного снижения заявленного О. размера компенсации.


Суд не дал надлежащей оценки таким обстоятельствам, как общий срок предварительного расследования (который составил 16 месяцев), проведение следственных действий с участием О., ее длительное нахождение в статусе подозреваемой в совершении преступления средней тяжести, не учел индивидуальные особенности личности О., не дал оценку доводам об ухудшении состояния здоровья по причине нервного стресса от постоянного участия в следственных действиях.


Кроме того, вообще не были исследованы обстоятельства, связанные с причинением незаконным уголовным преследованием ущерба деловой репутации О., которая после увольнения из больницы, где она занимала должность заместителя главврача, не смогла устроиться на работу ни в одно медицинское учреждение, несмотря на многолетний стаж работы в сфере здравоохранения и неоднократное награждение почетными грамотами разного уровня. Поскольку суды апелляционной и кассационной инстанции допущенные нарушения не устранили, коллегия ВС РФ отменила принятые ими судебные акты и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции (Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 29 сентября 2020 г. № 14-КГ20-7-К1).


Пересмотр дела состоялся – суд апелляционной инстанции, оценив все перечисленные ВС РФ обстоятельства, не исследованные при первом рассмотрении дела, присудил О. компенсацию морального вреда в размере 300 тыс. руб. – в два раза меньше заявленной ею суммы, но в 15 раз больше изначально определенного судом размера компенсации. Основывал свой вывод о чрезмерности компенсации в 600 тыс. руб. суд в том числе на факте неприменения в отношении О. мер пресечения, связанных с лишением или ограничением свободы (Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 3 ноября 2020 г. по делу № 33-6339).

Таким образом, можно предположить, что пересмотр дела гражданки И. позволит и ей получить гораздо большую сумму компенсации, учитывая более продолжительный срок ее уголовного преследования и избрание в ее отношении более жестких мер пресечения.

 

Появятся ли в законе пороговые значения размера компенсации морального вреда?

Говоря о возникающих на практике сложностях с определением размера компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование, нельзя не упомянуть об инициативе по законодательному закреплению его минимального значения – в настоящее время на рассмотрении в Госдуме находится соответствующий законопроект. Предлагается установить (в новой ст. 1101.1 ГК РФ), что минимальный размер компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием не может быть ниже 1 тыс. руб. за каждый день преследования.


Если же в отношении лица избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде, запрета определенных действий или домашнего ареста, минимальный размер компенсации согласно проекту должен быть не менее 5 тыс. руб. за каждый день применения меры пресечения. А в случае, когда лицо незаконно заключалось под стражу или к нему применялись меры медицинского характера или воспитательного воздействия, минимальный размер компенсации причиненного в связи с этим морального вреда не может быть менее 15 тыс. руб. за день. 


Но дальнейшая судьба законопроекта пока непонятна. Во-первых, он не рассмотрен еще даже в первом чтении, хотя изначально планировалось включить его в примерную программу работу Госдумы на ноябрь 2020 года. Во-вторых, аналогичный законопроект, поступавший в нижнюю палату парламента в 2019 году, получил отрицательное заключение Правительства РФ и был возвращен авторам. 




Источник: garant.ru


14.03.2021




Оставить отзыв о качестве нашей работы
Рецензирование экспертных заключений
В Ростовском центре судебных экспертиз действует комиссия по методологической оценке экспертных заключений.
Банк судебных решений
В разделе представлены решения, вынесенные Арбитражными судами Российской Федерации, а также судами общей юрисдикции, по экспертизам, осуществленным с участием экспертов СЧУ "Ростовского центра судебных экспертиз".


Яндекс.Погода
РОСТОВСКИЙ ЦЕНТР СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТИЗ
СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОЕ ЧАСТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
344029, г. Ростов-на-Дону, ул. Металлургическая, д. 102/2, офис 308
Тел: 8 (863) 209-81-71, 8 (800) 100-34-14
ГЛАВНАЯ | ЭКСПЕРТИЗЫ | НОВОСТИ | ДОКУМЕНТЫ | О НАС | КОНТАКТЫ
2006—2024 СЧУ «Ростовский центр судебных экспертиз»
ГЛАВНАЯ | ЭКСПЕРТИЗЫ | НОВОСТИ | ДОКУМЕНТЫ | О НАС | КОНТАКТЫ

Вы провели на сайте www.rostexpert.ru всего: сек.



Будем рады, если вы сможете нам помочь проанализировать причины мгновенного ухода – мы постараемся улучшить нашу работу.



Я ушел с сайта, потому что:



*к сведению: для вас это может быть выгодно